«Во мне живут Олимпийские игры»

«Во мне живут Олимпийские игры»
Интервью

12 февраля 2014, 10:05
Максим Бобков рассказал «Udm-Info», как претворялись в жизни самые смелые олимпийские идеи, и рождалась музыка для победителей.

Максим Бобков, уроженец Воткинска, ставший автором музыки для церемонии награждения Олимпиады, рассказал «Udm-Info», как претворялись в жизни самые смелые олимпийские идеи, и рождалась музыка для победителей.

- Максим, как Вы стали участником конкурса – по собственной инициативе или это было предложение?

- Так уж случилось по жизни, я не припомню такого, чтобы я искал работу – она всегда меня находила сама. Я там, где я нужен. И здесь произошла совершенно такая же ситуация: мне позвонили и предложили. Сказали, очень надо поучаствовать. И я поучаствовал.

- Как долго работали над композицией? Что Вас вдохновляло?

- Про творческие муки можно писать книги и снимать фильмы, но у меня пока поскромней. Вдохновение, конечно, я искал где-то неделю. Послушал любимые концерты Чайковского и Рахманинова. Понял, что это не то - слишком много там внутри драматизма, а тут нужно было немного посуше, мысль должна была быть короче. Еще послушал хорошие «героические» саундтреки, неделю это все поварил… В таких творческих муках, когда ходишь, носишь это в себе, пробуешь что-то одно, другое, подходишь к инструменту, играешь. Можно просто просидеть сутки за инструментом, играть, и понимать, что ничего не получается. А потом как-то в один день всё полилось, вся композиция со всеми темами, всё пришло просто сразу целиком. В течение одного дня я зафиксировал всё, что успел, а потом уже дорабатывал методично еще пару дней. Это была подготовка заявочного материала, а потом был продакшн, запись живых музыкантов, изменения, пожелания от МОК. Я расширял какие-то амплитуды, придумывал какие-то сцепки. Непросто было написать музыкальный конструктор: и чтобы звучал хорошо, и чтобы мог стыковаться разными частями без потери эмоционального наполнения.

- Какое было ожидание – надежда или даже уверенность в победе?

- Если бы я сказал, что я это делал ради музыки, и только ради нее одной, я был бы, наверно, слукавил. Но с другой стороны, я был бы плохим композитором, плохим артистом и плохим творцом, если бы я не был влюблен в то, что я рождаю.

Но, тут есть маленький нюанс: есть вещи, которые просто проходят и ничего от них не остается. Но есть вещи, под которыми я готов с большим удовольствием и гордостью поставить свое имя, потому что это соответствует моим внутренним критериям качества. Тому, как это должно быть, и похоже ли это на меня, и выражает ли это меня.

Безусловно, я себя не настраивал на победу. Я надеялся на то, что способен создать что-то, что сможет соответствовать сути и выполнять задачу. Я настраивал себя на то, что во мне живут эти Олимпийские игры. Я ведь занимался не только созданием музыки для Олимпиады. Я также принимал участие в создании концепции олимпийских деревень, проектировал площади, аллею флагов, придумывал названия этим деревням и их легенды, и многое другое. Потому что участие в конкурсе на создание музыки было, можно так, сказать, уже вторым моим заходом на Олимпиаду. Таким образом, я очень много времени потратил для того, чтобы вникнуть в это. И я искренне верил, что эти знания являются моими конкурентными преимуществами перед всеми другими авторами. Я полагался целиком на них, на то ощущение, на тот дух, на то впечатление от общения со спортсменами, которого уже к тому моменту у меня было в достаточном количестве. И мой мотив был таким: если бы я был олимпийским чемпионом, если бы я выиграл золото во фристайле, или в фигурном катании, а лучше в хоккее, под какую бы музыку, под какую мелодию я хотел бы почувствовать тяжесть золотого металла на своей шее? И вот с этой мыслю я ходил неделю, я искал.

Кроме того я, как режиссер постановщик, на всё смотрю третьим глазом. И я думаю, какую бы музыку я подобрал под это? Нужно обязательно, чтобы была русская мелодия, чтоб не было этих ложных героических затактов, от которых уже всех тошнит. И вот таким методом исключения, отбрасывания штампов, мелодия стала проста, ясна и понятна. Благодаря этому она очень быстро ложится «на ухо», она нравится.

И дальше уже вступала техника – как сделать так, чтобы эта мелодия зазвучала и заиграла, как ее правильно сервировать. Вот наверно об этом я больше думал, а мысль о победе я и не успел подумать, потому что творческий процесс – он захватывает тебя целиком. Но я вам признаюсь, как только она получилась, я не то что был уверен или была надежда, что это она самая. Я слушал ее и думал: если не это, то я даже не могу представить себе – что?

И если б я был постановщиком церемонии награждения, то выбрал бы эту мелодию, потому что она универсальна. И в этом, наверно, тоже её конкурентное преимущество. Когда ее услышали эксперты Международного Олимпийского Комитета, они сказали – «Nice music!».

- Сколько у вас было конкурентов?

Это секретная информация. Я знаю, что их было сколько–то, и все мы участвовали в абсолютно равных условиях.

- Какое в целом ощущение оставляет причастность к Олимпиаде?

- Я был в Сочи, я проехал через все эти деревни, я ходил и видел свою работу. Я честно скажу – чуть-чуть и я бы расплакался от того, что вижу, как мечта обретает форму. Это невероятно, когда самые смелые, казавшиеся несбыточными идеи, которые приходили в мою голову, сейчас живут и радуют людей… Это значит я правильно мыслю, и мое сердце бьется так, как оно должно биться. И в моем понимании, Олимпийские игры – как срез истины. Такой сгусток положительной энергии, которая может влиять на мировое течение времен, и в целом - на мировую архитектуру и организацию.

Я был в Сочи до открытия, проводил консультации, помогал. Получил кучу положительных эмоций. Прежде всего, они связаны с тем, что меня приняли там, как родного. Как будто в мое сердце влили бочку меда, и я был там так счастлив.

- А сейчас Вы смотрите соревнования? Есть ли фавориты, за которых вы болеете?

- Конечно, я смотрю. Честно скажу, что я немного расстроился за Альберта Демченко, что он не смог проехать на золото.

Но моя фаворитка, конечно, это 15-летняя Юля Липницкая, потому что я смотрел ее короткую программу и клянусь – я плакал. Я смотрел и плакал. Я видел что-то невероятное. Как когда смотришь фильм, и все умерли, и вдруг находится какой-то свежий росток, пробивается через асфальт, или вдруг тучи расходятся, и луч света прорезает всё бытие. Она молодчина, и я считаю, что именно она, как флагман нашей сборной, показывает что ребята - есть мы, великие спортсмены, и мы готовы отвоевывать наши прежние позиции. В 15 лет быть чемпионкой Европы и сейчас уже Олимпийской чемпионкой, пусть и в групповом зачете! Я обязательно буду смотреть ее одиночное катание и личное первенство. Ей поставили практически высшие оценки. Она на 11 баллов обогнала фаворитку этих соревнований в произвольной программе. Все просто сходили с ума от того, как она это делает: сколько в ней света, искренности, самоотдачи. Она катается так, как никто не катается. В этом совмещается очень много всего: ей, конечно, интересно победить, и она хочет победить, но она никогда еще не была на Олимпийских играх, это первые ее прокаты и это видно. Это что-то чистое, девственное. Это что-то невероятное. Я получил колоссальное удовольствие.

И еще одна наша пара, которая выступала днем ранее. Они просто красавцы. Видно это олимпийское спокойствие, хотя понимаешь, что они волнуются. Все очень грациозно, красиво, технично. Волшебство. Вот это - моя страна. Вот так должно все происходить. Только так.

- Сейчас Вы работаете еще над какими-то интересными проектами?

- Сейчас я работаю над музыкой для Паралимпийских игр, для церемонии награждения паралимпийцев. Организаторы тоже очень надеются, что я смогу написать для них что-нибудь такое же красивое, а может быть даже и лучше, как они сказали. Вот это моя ближайшая задача на две-три недели, и я исполнен оптимизма выполнить её.

фото с сайта http://www.mbobkov.ru

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter